Сотовый телефон
2011-06-20 04:00![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
fregimusЧестной люд ходит по улицам и разговаривает вслух. Много лет уже, а не могу все привыкнуть: идет человек по улице, один идет, глядит в пространство впереди себя, и, помогая себе жестами, громко разговаривает. Вроде, умом-то я понимаю, что он по телефону говорит, а все равно шарахаюсь.
Интересно, как теперь отличать сумасшедших, разговаривающих с призраками, от нормальных людей. Или уже и не надо отличать?
Это все чему: я ведь хвастливый лытдыбр пишу. Был у меня как-то сотовый телефон, но я его потерял, со всей записной книжкой. Потом был еще один, но я его тоже потерял, тоже с книжкой. С тех пор не было — лет, наверное, уж восемь не было. Зачем, если все равно теряется, да еще с книжкой? А тут вдруг пошел и купил себе телефон, маленький, чуть больше спичечной коробки, и прочный. В магазине мне его даже не предлагали, но я сказал, что видел такой на веб-сайте. В подсобке пошвырялись, нашли. В общем, с моего нового телефона можно звонить. И на него можно звонить. Больше ничего нельзя: SMS нет, интернета нет, видеокамера есть, но, кажется, 90×60 пикселов, если не вру. В общем, нет видеокамеры, и это хорошо — какой уж из меня кинооператор… Есть пакман, но он не загружается, говорит, ошибочка вышла. Кажется, вот и все. Ах да, еще УКВ-приемник есть, но он работает, только если наушники вставить: они служат антенной. Теперь я могу с дороги позвонить, пока еду из дома на работу или просто покататься. И радио еще слушать.
В связи с чем, чтоб уж совсем одно хвастовство не выходили. Телефоны стали какие-то… ну, не совсем телефоны. На них всякие текстовые сообщения, интернет с кином, твиттеры с мордокнигами, ну и сами лучше меня знаете, что еще. Вот скажите мне, деревенщине гадюкинской, что вы со всеми этими наворотами делаете? А то чего я не как все?
Интересно, как теперь отличать сумасшедших, разговаривающих с призраками, от нормальных людей. Или уже и не надо отличать?
Это все чему: я ведь хвастливый лытдыбр пишу. Был у меня как-то сотовый телефон, но я его потерял, со всей записной книжкой. Потом был еще один, но я его тоже потерял, тоже с книжкой. С тех пор не было — лет, наверное, уж восемь не было. Зачем, если все равно теряется, да еще с книжкой? А тут вдруг пошел и купил себе телефон, маленький, чуть больше спичечной коробки, и прочный. В магазине мне его даже не предлагали, но я сказал, что видел такой на веб-сайте. В подсобке пошвырялись, нашли. В общем, с моего нового телефона можно звонить. И на него можно звонить. Больше ничего нельзя: SMS нет, интернета нет, видеокамера есть, но, кажется, 90×60 пикселов, если не вру. В общем, нет видеокамеры, и это хорошо — какой уж из меня кинооператор… Есть пакман, но он не загружается, говорит, ошибочка вышла. Кажется, вот и все. Ах да, еще УКВ-приемник есть, но он работает, только если наушники вставить: они служат антенной. Теперь я могу с дороги позвонить, пока еду из дома на работу или просто покататься. И радио еще слушать.
В связи с чем, чтоб уж совсем одно хвастовство не выходили. Телефоны стали какие-то… ну, не совсем телефоны. На них всякие текстовые сообщения, интернет с кином, твиттеры с мордокнигами, ну и сами лучше меня знаете, что еще. Вот скажите мне, деревенщине гадюкинской, что вы со всеми этими наворотами делаете? А то чего я не как все?
Tags:
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
(no subject)
2011-06-20 15:28 (UTC)- Простите, пожалуйста... Нет-нет, это я не тебе.
Кондратьев на всякий случай улыбнулся.
- Что-нибудь случилось? - услыхал он слабый женский голос,
исходивший, казалось, из недр пожилого правнука.
- Нет-нет, - сказал праправнук, доброжелательно кивая Кондратьеву. -
Я здесь нечаянно толкнул одного молодого человека.
- А... - сказал женский голос. - Тогда слушай дальше. Ванда стала
спорить, что хориола лучше пианино, и мы...
Пожилой праправнук удалялся, и женский голос постепенно затих.
"Здорово! - подумал Кондратьев. - Это, конечно, радиофон. Только где он у
него?"
"Полдень, XXII век"